midori_ko (midori_ko) wrote,
midori_ko
midori_ko

*

День был богат на традиционные радости и приключения. Происходило как раз то, что раз за разом около меня происходит и находится как раз на той границе меня и мира, которую я не могу установить - почувствовать определённо, где кончаюсь я и начинается оно и что из нас больше похоже на правду.

Троекратная ни разу не символическая бабка встретилась мне на пути. Первая - в гардеробе гимназии. Захожу в учительскую раздевалку, а там лежит старушка. Пододвинула кушетку к обувному ящику, под голову подложила невесть откуда взявшееся старое зелёное одеялко и дремлет. - Я Скайуокер! - Нет я Скайуокер! - кричат за окном шестиклассники.

Вторая - в маршрутке. Зашла, встала посередине, старушка, одетая как космонавт, под шапкой какая-то специальная намотка, чтобы уши закрывать, и вот она стоит - а там разогнуться-то нельзя - и говорит: спиной не поеду! И я поменялась с ней местами. Бабка ощутила ко мне некоторое доверие и вступила в беседу. Иногда читаешь книгу и в миг предвиденья ещё на первой странице угадываешь, чем дело кончится. С беседой дело обстояло именно так. Уже на фразе "Сегодня снова пыталась войти в супермаркет" я почуяла, как во все форточки задул пыльный ветер моей ни фига не прекрасной родины. Нет, не России. Бабка в вязаном скафандре не без живости развивала мне версию всемирного заговора аптекарей, которые нанимают цыган-смертников, обсыпают их заражённой кошачьей шерстью и ставят у дверей продуктовых магазинов. В ней была эта знакомая штука - где она? во взгляде? в интонации? эта невидимая пыль, как её назвать? и её не соберёшь.. бабка не здесь, и если есть где-то ловец человеков, который вытащит её с мутного дна, где она ходит вслепую и в страхе, то где, где он.. такие вот говорящие письма приходят с моей родины, и в конверте только ощущение, что там только что что-то было. А потом она принюхалась, пробормотала "И здесь, кажется, кошками пахнет", заподозрила во мне переодетого аптекаря или коварного цыгана и бежала без оглядки.

Третья бабка молчала. Она такая маленькая, что я могу её поднять рукой. У неё гигантский облачный берет, бывшая белизна которого накрывает ей плечи. Бабка щёлкает семечки для голубей. Кормит голубей очищенными семечками.
Если бы я могла прожить сколько угодно жизней как писатель пишет рассказы, ради эстетического удовольствия и воплощения историй, одну из них я бы обязательно посвятила бабкам, кормящим голубей. Была бы эксцентричным художником или фотографом одного сюжета. Голуби и бабки, бабки и голуби, и так всю жизнь. Берет приподнимается над её головой, хмурый, уже подумывающий о дожде берет, вязаное облако висит над ней и постепенно превращается в тучу, первые капли капают на седую макушку.

Это ещё не всё.
Tags: жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments