midori_ko (midori_ko) wrote,
midori_ko
midori_ko

Непериодический вестник. Пласты жизни



Мы внутри одного из пластов жизни. Остальные ускользают. Но они посылают вести - смешные и грустные, так мы хотя бы знаем, что упущено. В этот раз мы упустили город. Его сложно терпеть летом, но иногда мы пытались. Сидели на открытой веранде, на серых диванах, пили апероль-шпритц из гигантских бокалов, смотрели, как тает лёд в оранжевом. Прилетала пчела, садилась на ухо, как украшение, ветер развевал занавески. Кирилл рассказывал о судебном процессе, где решался вопрос про покупку билетов на живность: если человек везёт с собой породистых, масштабных тараканов, покупать им один билет на всех или на каждого таракана отдельно? Вопрос решился в суде. Обилеченные тараканы стали героями коммунарского фольклора, видимо, навеки. Дашка, в свою очередь, описывала страусов из галереи в Урбино и комментировала их со свойственным ей упоротизмом: "Это были прекрасные страусы - как птеродактили. В центре картины был Эдем, населённый живностью. Страусы располагались по углам, и по их лицам было видно - они шли долго. Мы на второй день в Урбино так и выглядели, как эти страусы - искусство вошло в нас и не вышло".

Сидели в каких-то дворах. Гуляли по берегу закатной Ангары. Смотрели, как всё отражается во всём. Почему-то никуда не могли попасть с первого раза. Как в детстве, стояли в очередь на колесо обозрения, которое нынче называется "колесо познания" (мысленно пытаюсь скрестить древо познания с колесом сансары, результат вообще ужасен), мечтали сесть в кабинку с жёлтыми креслами - эти жёлтые кресла и были единственным местом, куда удалось попасть сразу, без вторых попыток, высоко сидели, далеко глядели. Читали надписи на футболках. Наверное, это был какой-то тайный флешмоб про футболки с надписями. Мне навстречу попались "Losing is nothing, silence no more", "Mentally somewhere else", "I'm living in the future so the present is my past my presence is a present kiss my ass" и - это, должно быть, первая строка гимна прокрастинаторов - "Just do it later" (она же и последняя, вероятно).

Спорили, берег Иркута - это ещё Иркутск или уже нет, хотя речь шла не об официальных границах, а о внутренних. Стрекоза с прозрачно-золотыми с алым пятнышком крылами сидела на Дашке. Дашка была печальна, и мы решили опечалить её так, чтобы прежняя печаль померкла. В помощь нам прискакала белка, удивительно хищная. За орехи она пела, танцевала, декламировала "Евгения Онегина", целовала нам руки, сидела на плечах, а потом дала мне пощёчину хвостом и ускакала красиво (но у нас были ещё орехи, поэтому сразу прискакала назад). Прямо там мы писали поздравления Саше и отправляли их в Большое Голоустное на крыльях интернета, а чтобы окончательно опечалить подругу, нарисовали её с натуры. Я фотографировала солнечную дорожку на воде. Больше всего фото Иркута на закате походило на УЗИ во время беременности.

Подростки тем временем длили своё интенсивное существование отдельно. Ночевали в гостях, пытались съездить на конюшню (не только у нас всё получалось не с первого раза), а потом отправились на Baikal GeekCon - на фестиваль косплея, в общем. Марта вернулась с видео, с рассказами, с очередными ста томами манги - и мы снова почувствовали пласты жизни, которые рядом, но ускользают. Для начала она рассказала, как пятеро девушек косплеили Винкс (у кого несколько лет назад был небольшой ребёнок-девочка, тот рыдает, остальным лучше не углубляться). Они танцевали на сцене в минималистических одеждах с крыльями за спиной, но по сюжету там ещё должна была быть старушка-директриса Фарагонда. Девушки не нашли, видно, добровольца на роль Фарагонды, поэтому одна из них пригласила своего парня. Он с блеском сыграл старушку, а потом, как был, в серой юбке до пят, на сцене сделал девушке предложение со словами "И, надеюсь, ты больше никогда не заставишь меня участвовать в аниме-фестивале!" Если бы не Марта, мы бы даже не могли представить, что такое бывает, что оно совсем рядом, что белый свет ни на чём не сошёлся клином хотя бы потому, что клиньев не хватит, прекрасного слишком много. Но это было ещё не всё. Нам ещё предстояло увидеть на Мартиных видео человека в накладной голове незнамо чего - не то козы, не то дракона - с люминесцентными зелёными глазами, раскосыми чуть более, чем полностью, и какими-то зелёными перьями, а может и не перьями... Под накладной головой красовалась футболка с надписью "ГрОБ" и лицом Летова. Ещё там было нечто вроде гигантской сколопендры - она танцевала и издавала лапками некоторый звук. Костюм сколопендры стал Дашкиной мечтой. Ей почему-то показалось, что это существо близко к природе. Фантазиям Дашки о том, как она появляется в ростовом костюме фиолетовой сколопендры практически повсюду - в лесу, в дачном посёлке и, конечно, на работе, ещё предстояло стать частью нашей жизни. Потом Марта просто показала нам видео и сказала - догадайтесь, кого изображают эти персонажи. Мы сильно мучились. Девочка с дубинкой не то преследовала, не то соблазняла мальчика, который не то сопротивлялся, не то поддавался, а потом сложил бумажный самолётик и запустил в зал. Их взаимодействие было очень интенсивным. Мы сердцем чуяли, что это нам что-то напоминает, но догадаться не могли. "Да это же Телеграм и Роскомнадзор!" - снизошла к нашей несообразительности Марта. Это вновь были они - пласты жизни.

Наш собственный пласт тем временем всё утончался. Опавшие листья легли на дороги. Пух иван-чая сбился от дождя. Темна вода в глубоких колеях, по ней бегут собаки, от собак летят брызги. "Ты снимаешь эльфийские уши, стоя лицом к стене, и я слышу, как твои уши тревожно шуршат в тишине..." Мы многое успели напоследок: испекли пирог с четырьмя видами ягод, засунули ноги в таз с кедровым кипятком, медитативно сходили от Трудного к Витязю, а потом обратно к Трудному, встретили ангела на станции Орлёнок. Ангел был уже знакомый - это была та самая женщина-сигналистка в оранжевом железнодорожном жилете, которая когда-то пыталась показать нам дорогу домой и обещала, что нас съест медведь, если жизненная позиция будет настолько активна. На этот раз она сначала кричала, что будет дождь и лучше вернуться сразу, а потом, вечером, когда дождь уже закончился и мы, мокрые как мыши, вышли на платформу, она вгляделась в нас и спросила: "Вы что там делали вообще? Травы лекарственные собирали? Или у вас там где-нибудь делянка конопли?" Наверное, когда-то мы работали на имидж, потому что теперь он работает на нас. Лазили по крыше, с которой видно звёзды, искали в лесу зимовье, раз за разом подставлялись под благословенье старика мицелия и не успевали обработать его дары. Дашка обнимала вазон с маслятами и тащила его вдаль. Я пропагандировала репу: репа - это же сибирское манго! Развили конспирологическую теорию о сговоре писателя Солоухина с эльфами. Обнаружили в доме нового любимца - паука невероятной величины с лицом инка на спине - и смирились с его существованием. Назвали малышечку Ёмоё, но Дашка протестно звала его Машенькой. У нас был костёр закрытия сезона, и мы пели, а собаки сидели у огня и вглядывались в темноту. А потом кто-то поставил рядом с нашей тропинкой пять золотых цветов, и мы нашли их утром, как последний привет лета. По ночам я перечитывала Клайва Льюиса и понимала, что он теперь ещё больше обо мне, чем раньше, а когда дочитала, пришла осень. Она была ещё ненастоящая, сама себе предчувствие, с утра шёл слепой дождь, я сидела на полупомосте, а он мне капал и сиял. Лес выглядел как комната, из которой всё вынесли. Пустым, спокойным, чистым. Я смотрела, как на осине дрожат листья - каждый лист дрожит отдельно, и каждая ветка отдельно от них. И с радостью видела, что лес похож на комнату, из которой вышла я. Я смотрю на место и время, где меня больше нет, и, оглядываясь через плечо на ушедшее лето, понимаю, что жалеть не о чем.



Это последний текст флешмоба. Спасибо тем, кто писал, и тем, кто читал.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments