Category: история

яблочная свечка

*

В высоте высот огоньки да лёд,
угольки да звон.
Погулять бы мне по реке времён:
каждый камень - год.
Оглянёшься - быстрой весны вода:
по делам бегу! на бегу живу!
А вперёд посмотришь - спешит куда?
Сквозь провалы осени в синеву.
Беспечальны перечни. Как мальки - пузырьки имён
серебрятся, булькают, далеки - Аронзон, Назон...
Не лови их и не произноси - Эхнатон, Ньютон... - не постигнешь дна.
Слишком глубоко в свете и грязи носит имена.
По теченью вниз - перепад высот, и оттуда вздох,
и оттуда зов слюдяных пластов,
голубых колонн, торфяных болот.
Наступает срок ледяных оков,
остановки вод.
Это юность - в негу, и в пух, и в пыл,
ну а старость - в снега и в прах.
Я собрался быть, но забыл, кем был,
и очнулся старик, дурак.
Снежной пылью, солью уносит сон,
и бесцветна ветошь холодных дней.
Погадать бы мне по руке времён,
только кровь на ней:
заводная рыба разбила лоб - не пробила лёд.
Золотая тень в высоте высот,
суета сует, пустота пустот,
молоко и мёд.
яблочная свечка

Воздух (III)


Становясь всё медленней и длинней
в окруженье инея и теней,
с точки зренья воздуха, мы на дне.
С точки зренья воздуха – так видней.


Человек с замёрзшей водой в ведре
осязаем воздухом поутру.
Он не понимает, что он в игре,
что уже заканчивает игру.
Он идёт над речкой и смотрит вбок,
осязает воздух плечом, плащом.
Видит - берег прячется. Видит - бог.
Видит всё, не думая ни о чём:
сновиденья времени, гнёт идей,
опыт милосердия и тоски,
видит - гнев предсмертия рвёт людей
на куски, как лев, и кусков куски.
Исчезает сердце, скулит во сне,
просит - новым именем назови,
не досталось и не осталось мне
долга долгой старости и любви.

Мы давно и просто спустились с гор
и из бездны города смотрим ввысь,
потому что самый большой простор
никогда не требует - поднимись,
заслужи, покайся, дрожи и чти,
подчинись, пожертвуй и докажи.
С точки зренья воздуха, всё в пути -
даже прокажённые гаражи,
облака, идущие по тропе,
и цветы с отрубленной головой,
эти понимают - они в судьбе
и насквозь, наотмашь пьяны судьбой.

Человек с замёрзшим огнём внутри,
к горизонту лестницы-поезда,
октябрей любимые пустыри,
городов размытые невода…
Посторонний тысяче бед и дел,
выдыхая в воздух бесшумный смех,
пока шёл, он тысячу раз успел
поменять местами себя и всех.
С точки зренья слова, он глуп и глух,
как другие, хуже любых ли был.
Затаив дыханье, рассеяв дух,
он увидит то, что всегда любил.
Он на четвереньках во мраке лет
полз по бритвам битв и ножам камней,
а сейчас его догоняет свет
этих блёклых, травленых чудо-дней.
Жизнь тогда казалась гнилой, больной,
непролазно, грязно, бессвязно длясь.
А теперь вот светится за спиной,
целиком пропала - и вся нашлась.
яблочная свечка

*

*
- Предлагаю вздребезнуться, сопритюкнуться и как-то завершить уборку.
- А у нас тут кот лежит.
- Ничего, кот тоже нуждается во вздре.. вздре...
- Во вздребезжении.

*
- Ну что, мы сегодня идём кормить нашего прожорливого друга-белочку?
- Наш прожорливый друг - это мы.

*
М. описывает вкус продукта:
- Это практически дементор.
- То есть это отвратительно?
- Нет. Это достоверно.

*
- Козий навоз, между прочим, обладает удивительными консервирующими свойствами. Что угодно, закопанное в козий навоз, хранится бесконечно.
- Им что, бальзамировали Ленина?
- Нет. Я точно знаю, чем бальзамировали Ленина. Но это знание лежит в Кирилле. Много моих знаний лежит в Кирилле. Не понимаю, как люди разводятся - как они друг из друга знания вытаскивают? Зато хорошо понимаю, зачем они вступают в связи - им нужны дополнительные хранилища для знаний.

*
- А дети где? Как принято говорить у нас на работе, функционируют в регионах?

*
- Девочка. Юная. Порубила себя в капусту! За что? За что?
- Вы о чём вообще?
- "Анну Каренину" обсуждаем.
ангел-наблюдатель

глаголы повелительного наклонения

*
- Мы что, проехали остановку?
- Да. Я же говорила - выходим!
Что ж, я кукушка, сын степей. Имею право. То есть нет. Почему это я сын степей? Царь зверей! Царь зверей, я хотела сказать!
- Ты не можешь быть царём зверей. Царь - это Сашенька. Мы давно распределились. Она - царь, я - народный умелец, Агата - Ванга.
- А зверей?
- Глагол повелительного наклонения.

*

Моя душа поёт, и я пою песню:
- Ой, сэнсей-сэнсей, не сэнсей меня, не сэнсей меня-а, моего коня. Ой, сатрап-сатрап, не сатрапь меня.. Ой, кумкват-кумкват, не.. Вот как ты думаешь, как дальше - не кумквай или не кумквачь?
- Я определённо думаю, что не кумквачь.
- А мне больше нравится кумквай.
- Кумквай - это глагол. А некумквач - это существительное. Пример употребления: "Вчера на улице я встретил некумквач".
- Звучит пугающе, - говорю я и одновременно отработанным, автоматически изящным движением кладу зарядник от телефона на полку. К сожалению, там стоит кружка с кофе. Зарядник погружается в кофе.
- Что ж.. теперь мы знаем, как выглядит некумквач, - резюмирует Марта.
ангел-наблюдатель

*

- Что обязательно должно быть в опере?
- Смерть и разрушение!
- Да нет… ну… эээ... как её.. увертюра?

С оперой у меня всегда было плохо. Но не сегодня. Сегодня с оперой не могло не быть неплохо - ведь подростку задали придумать к ней либретто! А где собрались вдвоём подросток и либретто, там сначала возникает трындец, а потом родитель - чтобы писать либретто втроём. Сначала солировал трындец, но потом мы втянулись и тоже засолировали. Поговорка "Умный в гору не пойдёт" применительно к либретто полностью переродилась, сохранив самую суть. Кто смотрит аниме, тому либретто - семечки! - такова была исходная посылка. Подросток вспомнил сюжет из "Хвоста феи". Мы проверили его на кровожадность, немного помолчали, вздрогнули - и запели. Как часто случается, домашняя работа оказалась совершенно несовместима ни с оперой, ни со школой, зато продлила нашу жизнь на пару дней.

Collapse )